Путь к смерти

Путь к смерти

Если не можешь самостоятельно справиться с алкогольной или наркотической зависимостью, можно просто набрать в Гугле «реабилитационный центр»: выпадет множество сайтов с центрами на любой вкус, в любом регионе России.

Но вместо реабилитации можно получить месяцы истязаний. Это и произошло с проживавшем в юргинском реабилитационном центре «Путь жизни» томичом Владимиром Гириным. Его историю рассказывает он сам в заявлении в прокуратуру, полицию и СК (есть в распоряжении редакции) и его племянница Татьяна Буйневич.

Владимир Гирин умер 19 октября 2020 года. Уголовные дела возбудили. Пока никто никакой ответственности не понес.

На фото Владимир Гирин со своей женой Фото: фото предоставлено Татьяной Буйневич

«Меня сразу приковали к кровати: правую ногу и правую руку. И дали бутылку для воды»

В первый раз томич Владимир Гирин запил в 2019 году, когда тяжело заболела его жена. Владимир попросил своих родственников помочь ему, и те (по совету знакомых) нашли в Томске реабилитационный центр «Равновесие». Заключили договор, и Владимир три месяца провел на реабилитации. Ему там действительно помогли - все это время Гирин вел дневник, записывал, что с ним происходит и как с ним работает психолог. Сразу после того, как Владимир вышел из центра, его жена умерла, а он запил снова. Гирин вернулся в «Равновесие», но на этот раз почувствовал себя хорошо уже через два месяца, да и дома скопилось много дел. У Владимира было свое ИП, он водил такси.

Уйти из центра оказалось не так просто: на все попытки Гирина разорвать договор и уйти руководительница ребцентра «Равновесие» Елена Замесова отвечала, что его родственники возражают против прекращения лечения и его вообще скоро переведут в другой реабилитационный центр «Путь жизни». По правилам «Равновесия», телефон у постояльцев изымали, и Владимир не мог позвонить родне и узнать, правда ли это.

Вечером 11 мая в комнату, где лежал на кровати Владимир, зашел старший смены Александр и сказал собирать вещи. Гирину приказали выйти во двор и садиться в машину с двумя незнакомыми крепкого вида мужчинами. Куда и зачем его везут, Владимиру не сказали, но он понял, что его переводят в другой центр. Гирин понимал, что сопротивляться бесполезно, с двумя сопровождающими ему не справиться. Одного из мужчин звали Виктор, другого Илья. Илья оказался директором другого реабилитационного центра под названием «Равенство». Владимир спросил мужчин, в какой центр его везут, и Илья с усмешкой сказал: «Проскоково-сити». Не переживай, говорили мужчины, хороший центр. С душем и сауной.

Дом для реабилитации центра "Путь жизни" Дом для реабилитации центра "Путь жизни" Фото: www.put-jizni.ru Спортзал в реабилитационном центре "Путь жизни" Спортзал в реабилитационном центре "Путь жизни" Фото: www.put-jizni.ru Баня в реабилитационном центре "Путь жизни" Баня в реабилитационном центре "Путь жизни" Фото: www.put-jizni.ru

В центр, они приехали около 12 часов ночи, где их встретил старший смены Артем Манохин. Владимира обыскали и отвели к директору ребцентра «Путь жизни» Артему Ефремову. По словам Гирина, от него потребовали подписать договор на неопределенный срок пребывания в центре - «в зависимости от динамики и поведения». Вариантов отказаться у мужчины не было, ему намекнули, что за отказом последует избиение. Договор Владимир Гирин подписал.

В двадцатиметровой комнате, куда привели Владимира, стояло десять трехъярусных кроватей. Мужчину положили на одну из них, прямо на грязное белье, и сразу приковали за правую ногу и руку.

«На мой вопрос, долго ли мне так лежать, мне ответили, что пока не решит директор центра Ефремов. Мне поставили бутылку с водой и емкость для мочи. Закрыли грязными простынями, чтобы ко мне никто не подходил и не разговаривал. Ко мне никто и не подходил, так как тем людям, которые там же находились, делать этого было нельзя, их могли наказать», — написал позже Гирин в своем заявлении в прокуратуру и СК.

Вместе с Владимиром в таком положении были еще два человека. Сколько времени он провел, лежа на кровати на цепи, мужчина не помнит. В комнате не было ни телевизора, ни радио, ни календаря. Ни помыться, ни выйти в другие комнаты или на улицу все это время не позволяли. Потом цепь сняли, но все равно еще долго не выпускали из комнаты. На воздух Гирин смог выйти, только когда у него случился сердечный приступ из-за пониженного давления.

«Недели через две сотрудник Алексей Андреевич повез меня и еще одного парня в больницу. В одной нам сделали флюорографию, потом повезли в другую — на кардиограмму. Адреса больниц я не запомнил, нас возили на машине. Врачи нас не осматривали. Документы ни мои, ни другого парня в больнице Алексей Андреевич не давал и не показывал. Оформлял исследования по своему паспорту. А с родственников потом еще взяли денег за поездку в больницу и таблетки».

Настоятельные просьбы директора к родственникам проживающих на нужды центра были постоянными. Кроме ежемесячной суммы за реабилитацию, Ефремов просил у семьи Гирина оплатить поездки в больницу, таблетки, празднование дня рождения и на покупку кондиционеров, рассказывает Татьяна Буйневич, его племянница.

«Кормили нас три раза в день. Но очень плохо. В основном, кашами и хлебом. И чай. За все время пребывания в этом центре, с мая по середину августа, сладкий чай дали только два раза. Могли просто не кормить. Сказать, что все наказаны. Или просто не давать хлеба. Говорили, что его нет, а если кто-то что-то спрашивал, сразу применяли наказание. Хлеб не покупали, пекли сами. Но постоянно что-то заканчивалось. То мука, то дрожжи. А в магазин за покупками никто из администрации не ходил, поэтому вся группа неделю оставалась без хлеба. Завоз продуктов был 17 числа каждого месяца. И если продукты съедали, то дополнительно ничего не покупали. Ждали следующего завоза. Поэтому люди постоянно ходили голодные», — пишет Гирин.

Владимир рассказывает, что ночью никто не мог выходить в туалет. Не пускали. Каждому оставляли пластиковую пятилитровую бутылку, в которую и нужно было мочиться. Иногда в туалет «по-большому» выводили тех, кто находился в «танке», то есть на цепи. Но зачастую просто оставляли большие строительные ведра. Днем же сходить в туалет людям разрешалось только с позволения сотрудников администрации. Могли разрешить, а могли и нет.

«Один из сотрудников — Алексей Андреевич — ходить в туалет разрешал. Даже разрешал ложиться отдохнуть, если чувствовал себя плохо. Он не хотел, чтобы кто-то умер в его смену. Из всех надзирателей он был самым, если так можно сказать, порядочным».

«Разговаривали с нами сотрудники центра только матом и называли только по кличкам. Ни фамилий, ни имен. Только клички. Матом писали даже на доске, когда вывешивали на всеобщее обозрение информацию о людях, проходивших их реабилитацию. Меня называли «Старый».

«Избить или ударить электрошокером могли за любую провинность»

Часто и жестоко наказывали тех, кто возражал сотрудникам администрации. И наказание можно было придумать любое. Особенно старались стажеры.

Наказание было разным. Например, двум женщинам дали две канистры с водой по 20 литров каждая. И они должны были их везде носить с собой. Даже когда садились есть, канистры ставили на колени. Еще девчонкам давали носить с собой кактус. С ним они также должны были ходить везде, даже ложиться спать. У одной девушки аллергия началась на растение, но его все равно не забрали.

Еще женщин наказывали так: выводили во двор и заставляли прыгать по 1000, 2000 и даже 5000 прыжков. В момент прыжка нужно было обязательно хлопать руками. Прыжок назывался «бабочка». Также провинившихся женщин ставили в угол. Это называлось «тень». На провинившуюся надевали шапку, и течение какого-то времени с ней никому не разрешалось разговаривать. Больше всего наказывали одну женщину, она могла неделями стоять в углу. Об этих наказаниях Владимир Гирин пишет в своем заявлении, его слова подтверждает второй «реабилитированный», который пожелал остаться анонимным.

Парням тоже доставалось. Одного из постояльцев реабилитационного центра били электрошокером так часто, что раны на его теле не заживали - в основном они были на ногах, спине и ягодицах.

«Часто сотрудники центра надевали боксерские перчатки, выводили людей во двор или спортзал и били. Старались делать так, чтобы мы не видели этих избиений, но мы постоянно слышали крики. Иногда били эбонитовой палкой. Помню случай, когда я лежал прикованный, то всю группу за что-то наказали. Мужчин и женщин перевязали между собой скотчем и заставили так спать на полу».

Путь к смерти

«Рассказать родственникам об издевательствах было нельзя, за это наказывали»

Рассказать о том, что происходит с ним и с другими проживающими в центре, Владимир Гирин не мог. Разговоры с родственниками были редки и проходили в присутствии директора центра и его подчиненных. Владимир за все время проживания поговорил с близкими только три раза.

«Однажды, - пишет Гирин в своем заявлении, - один парень попросил мать забрать его домой. После разговора администрация резко негативно стала к нему относиться. В тот же день ему устроили «карантуху», ритуал, которые проходят все новички. Человек встает на стул, а остальные окружают его и начинают под диктовку сотрудников центра говорить ему гадости. В основном, матерные слова.

Тогда же человек и получает кличку. Тому парню тогда дали кличку Марго и стали всячески его унижать, так как это поощрялось самим директором центра Ефремовым. Причина была проста - Ефремову не понравилось, что парень попросился домой».

Позже этому парню, добавляет Владимир, дали другое наказание – «носить друга». Под «другом» подразумевалась сумка. И эту сумку нельзя было оставлять без присмотра ни на минуту. Если сумку крали, то человека наказывали.

«Так, директор центра Артем Ефремов дал указание старшему смены украсть сумку. И потом они заставили парня написать обязательство, что если тот еще раз «потеряет друга», то вынужден будет совершить оральное действие с членом всех мужчин, находящихся в центре. И все мужчины должны будут совершить с ним сексуальное действие в анальное отверстие. Чем закончилась история, я не знаю, но другой парень слышал, как при нем Ефремов звонил кому-то в центр и давал указание, чтобы сумку украли снова».

Как позже рассказал другой «реабилитированный», в сумке лежала деревянная палка, раскрашенная под мужской член. И ею наказывали тех, кто посмел знаком или жестом показать родственникам, что хочет домой.

«Этот «друг» доставался самым изнеженным. Тот парень по прозвищу Марго как-то пытался маме или жене рассказать про центр. Сотрудники центра сначала его ударили пару раз электрошокером, а потом он попрыгал тысячу раз на улице. Затем ему дали «друга» и сказали, что если он его потеряет, то будет делать минет этому «другу». И трахнет его. И будет делать жесты сексуального характера с этой палкой. И у Марго специально украли эту сумку. И потом при всех он взял эту палку, а стажер подсказывал, что надо делать. Стажер говорил, например, «отсоси у меня» или «я хочу, чтобы ты меня в жопу трахнул». И парень с определенными эротическими звуками это делал. Пока не достигал «оргазма».

Другому парню, который начал отказываться от реабилитации и просил дать ему телефон, чтобы связаться с матерью и уехать домой, устроили целое представление. Сначала, правда, наказали всю группу. Заставили несколько часов стоять в «вполтора», то есть в полусогнутом состоянии. А пожаловавшемуся принесли кирпич с цифрами, обмотанный изолентой, и заставили его имитировать, что он по этому кирпичу, как по телефону, звонит матери. Второй кирпич взял работник администрации и от имени матери разговаривал с ним.

«У меня больше не было сил жить в таком аду»

18 августа у Владимира Гирина был день рождения, накануне он поговорил с родственниками и сообщил о своем желании провести его дома. Родственники согласились. И тогда Гирин стал просить директора центра Ефремова отпустить его домой, хотя бы на один день. Внучек повидать. Ефремов ему якобы ответил, что никуда его не отпустит и что тот еще не один свой праздник проведет в центре. В итоге на свой день рождения Владимир получил только видеопоздравление от родственников. Позже Владимир узнал, что Ефремов убедил его родственников в том, что Владимиру пока рано возвращаться из реабилитации.

«В день своего рождения я плохо себя чувствовал. У меня болело сердце. Я понимал, что выбраться из центра мне не суждено. И я не видел выхода из ситуации. И не хотел жить. Я не помню, как действовал. Помню, что пошел на кухню и что там есть ножи. Я не отдавал отчета своим действиям, все было как в тумане. Я ударил себя пять раз. У меня не было сил жить в таком аду. Чтобы было потом, я помню плохо. Помню, что меня кто-то обматывал бинтами. И что меня повезли в больницу».

О том, что Владимир попал в больницу с ножевыми ранениями, его родственники узнали сразу. Как вспоминает племянница Владимира Татьяна Буйневич, директор сообщил, что ничего страшного не случилось, просто небольшая потеря крови.

«Меня в тот момент в Томске не было, поэтому в больницу в Юргу поехали моя мама и еще одна наша родственница Катя. Вместе с ними поехал и Ефремов. Катя поднялась в реанимацию вместе с Ефремовым, хотя врач сказал, что пройти может только один человек. Как его туда пустили, не ясно. И когда они зашли, Володя очнулся, увидел Ефремова и испугался. Дядя особо никого не боялся, но тут, рассказывала мне Катя, был такой испуг в глазах, что она сразу поняла: что-то не так. Ефремов в тот день ни на секунду их не оставлял, поэтому Володя и не мог ничего нам рассказать. На следующий день Кате удалось попасть к Володе без Ефремова. И он тогда сказал: пожалуйста, не отправляйте меня обратно в этот центр. И начал ей рассказывать, что с ним там произошло».

Татьяна рассказала, что как только Владимир немного набрался сил, то позвонил домой и сообщил, что на такси поедет в Томск. Он рассказал, что Ефремов приходил к нему несколько раз и требовал не говорить полиции ничего лишнего. И что тот обязательно сорвется и снова вернется к нему в центр.

Но Владимир Гирин все равно позвонил в полицию и рассказал, что в помещении реабилитационного центра «Путь жизни» в деревне Проскоково Юргинского района Кемеровской области пытают и удерживают против их воли людей, нужно направить сотрудников. Полиция отказывалась его слушать, только 24 августа, когда Владимир уже был в Томске, ему попалась полицейская, которая выслушала его и приняла заявление. 28 августа к нему пришел участковый, взял показания. И направил на судебно-медицинскую экспертизу. И на этом все закончилось.

Параллельно мужчина стал вспоминать имена, адреса и телефоны родственников тех ребят, которые еще оставались в Томске. Татьяна вспоминает, что вспоминал настойчиво, пытался всеми правдами и неправдами узнать контакты. Ему удалось позвонить нескольким родителям, и он попытался уговорить их забрать из центра своих детей. Некоторые к нему не прислушались, некоторые забрали, но большую часть родственников директор центра Ефремов успокоил, сказав им, что все нормально.

«Понимаете, он (Ефремов) умел психологически воздействовать на людей. Когда Володю переводили из «Равновесия» в «Путь жизни», директор центра Ефремов звонил моей маме, рассказал, что поговорит с Володей и поймет, нужна ли тому помощь. Самого дядю мы не могли расспросить, в «Равновесии» не разрешали брать с собой телефон. А письма, как выяснилось позже, до нас не доходили. Даже потом Ефремов уговорил не забирать дядю на свой день рождения, а послать ему открытку. Мы ведь договаривались, что Ефремов накануне дня рождения дяди поговорит с ним и мы еще раз созвонимся. И что Володя скажет точно, хочет он домой или нет. Потом Ефремов перезвонил, сказал, что поговорил с Володей и тот сказал, что согласен еще полечиться. И что поехать домой еще рано, могут быть срывы. Я тогда поверила, но мне не хватило сил немного надавить. Ефремов был очень убедителен, отвечал на все мои вопросы, оперировал терминами. Я ведь весь интернет прошерстила, никаких плохих отзывов о «Пути к жизни» не нашла. И меня все знакомые убеждали, что центры, где так издеваются над людьми, остались еще в 2000-х».

«Все находятся тут по собственной воле»

31 августа от полиции пришло постановление в отказе от уголовного дела. В документе говорилось, что была проведена проверка по заявлению Владимира Гирина и выяснилось, что мужчина в центре был по собственной воле. И что «в отношении него никаких противоправных деяний не совершалось».

«Как следует из объяснений директора центра Ефремова А.И, старшего смены Луневского А.А. и жителей центра <…> Гирин В.С. нанес себе ножевое ранение вскоре после того, как посмотрел видеопоздравление с днем рождения от своей сестры, которая ранее обещала приехать на его день рождения и забрать его в Томск. Но не приехала. А только прислала ему видеопоздравление. В данном видеопоздравлении она поздравляет Гирина В.С. с днем рождения с добрыми пожеланиями, без какого-либо провокационного подтекста. Исходя из вышеизложенного, следует, что факты, указанные в сообщении Гирина В.С., не нашли своего подтверждения, в данном случае отсутствует событие какого-либо преступления», — говорилось в постановлении.

Путь к смерти Фото: фото предоставлено Татьяной Буйневич

После отказа в возбуждении уголовного дела Владимир и его племянница Татьяна начали снова писать заявления с просьбой провести проверку и возбудить уголовное дело в отношении директора Артема Ефремова и других сотрудников реабилитационного центра «Путь жизни» за «незаконное лишение свободы, издевательства, истязание и доведения до попытки самоубийства».

11 сентября свои заявления они направили в главное управление СК Александру Бастрыкину, томскому уполномоченному по правам человека в Томской области Елене Карташовой, в прокуратуру и Следственный комитет Кузбасса, в Роспотребнадзор и снова в полицию. И везде обещали провести проверку. Кроме Роспотребнадзора: там заявили, что это не в их компетенции.

А 19 сентября в реабилитационный центр приехали полицейские и сотрудники Росгвардии и освободили 19 человек. Среди освобожденных молодых людей был и парень, которому в реабилитационном центре часто доставалось электрошокером. Молодой человек Андрей (имя изменено по просьбе героя – прим. ред.) провел в реабилитационном центре два года. Его и спасли полицейские. История парня чем-то похожа на историю Владимира Гирина. В 2018 году парень стал употреблять наркотики. И попросил мать отвезти его в реабилитационный центр, так как сам справиться с зависимостью он не мог. Его сначала тоже привезли в реабилитационный центр в поселок Комсомольск Асиновского района. Там проводили занятия, работал психолог. Ребятам разрешали ходить в магазин и гулять по поселку. Потом за ним приехал директор «Пути жизни» и забрал.

Андрей вспоминает, что его в «Пути жизни» наказывали за любое замечание. Замечание можно было получить за не выключенный свет в туалете, за потерянную вещь, за матерное слово. Сотрудники центра говорили, что замечания снова будут приводить к употреблению наркотиков. Поэтому всех наказывали.

«Я неоднократно говорил Ефремову, что хочу домой. Я ведь тут уже два года. Поэтому меня и чаще всего наказывали. Я ходил с гирей на цепи, меня били ногами, руками и электрошокером. Я месяц был привязан к кровати цепями. Сдавал программу «12 шагов», купаясь в снегу в 30-градусный мороз.

Как-то мы пошли в теплицу резать лук и там, якобы, потеряли нож. Мы же брали ножи под роспись. Я хорошо помню, что в тот день мы все ножи сдали. Но когда пришли домой, оказалось, что один нож пропал. Нас, четверых человек, положили на пол и связали ноги и руки скотчем. Дали кляп в рот и приложили электрошокер к задней части тела. Держали электрошокер секунд по пять».

Следы, которые остались у Андрея от избиений и ударов электрошокером Следы, которые остались у Андрея от избиений и ударов электрошокером Фото: фото предоставлено Андреем Следы, которые остались у Андрея от избиений и ударов электрошокером. Следы, которые остались у Андрея от избиений и ударов электрошокером. Фото: фото предоставлено Андреем

Андрей говорит, что в центре очень внимательно следили за тем, чтобы никто не проговорился родственникам о том, что тут происходит. При каждом разговоре с родителями присутствовал сотрудник центра или директор и держал рядом резиновый молоток или электрошокер. Однажды, говорит Андрей, в центре избили 45-летнюю женщину. Она пригрозила, что все расскажет родственникам, когда те будут звонить. Женщина была разочарована центром и открыто выражала свое недовольство. Ее привязали к столу и избили толстым шнуром. И несколько раз ударили электрошокером.

«Моя мама догадывалась, что со мной что-то не так. Но понимаете, я за эти два года с ней говорил всего три раза. Два раза на Новый год и третий, когда дядя Вова (Владимир Гирин) ей позвонил. Мама тогда решила проверить и позвонить мне. По нашему разговору я понял, что она хочет меня забрать. И она все-таки приезжала, но мне этого даже не сказали. Директор центра Артем Ефремов сделал так, что они развернулись и ушли. Он сказал, что я плохо себя веду и что мне нужен еще один год реабилитации. Третий. Вывел во двор двух человек, парня и девушку, и те подтвердили все слова директора».

Андрей рассказал, что после освобождения из центра он весил всего 57 килограмм. Его могли вызволить на месяц раньше. В тот день, когда Владимир Гирин нанес себе ранения, 18 августа. После того как Владимира увезли в больницу, их положили всех спать в девять вечера. Позже Андрей узнал, что ночью приезжал участковый с другими полицейскими. Уже через месяц они вернулись, но уже со списком и стали всех освобождать. Всех тогда забрали в отдел, сняли побои, и все.

Племянница Владимира Татьяна тоже говорит, что силовики молчали месяц. Позвонили ей с сообщением о том, что уголовное дело возбуждено, только после того, как их просьба о помощи дошла до томского омбудсмена Елены Карташовой. Информацию о пытках в «Пути жизни» и отказе в возбуждении уголовного дела разнесли все СМИ. До сих пор остается непонятным, фигурирует ли в уголовном деле директор реабилитационного центра. За это время, уточняет Татьяна, никто из Юрги не приехал, чтобы допросить ее дядю.

Полицейские даже удивились, когда я им сказала, что потерпевший, мой дядя, умер 19 октября. Не смог отправиться от ран, которые себе нанес. Зато попросили выслать по мессенджеру справку о смерти. Ефремов на свободе. И может делать все что угодно. Он же все время звонил и угрожал моему дяде. Говорил, что знает, где тот живет. И что он обязательно вернется к нему в ребцентр. Напирал на то, что бывший заключенный, хотя это было лет 20 назад. Что дядя «зэк, хуже наркомана», потому что посмел написать заявление. Злило его и то, что дядя продолжал до освобождения звонить родственникам и требовал забрать своих близких от Ефремова. Я считаю своего дядю героем. Когда он был жив, я ему говорила, что, может быть, ты туда не зря попал? Ты спас людей».

ТВ2 · Разговор с директором

«Мы работаем строго по законам Российской Федерации»

Сейчас Юргинская межрайонная прокуратура возбудила два уголовных дела в отношении деятельности реабилитационного центра «Путь жизни». Истязания и незаконное лишение свободы. Расследуются другие случаи «причинения физических и психических страданий путем систематического нанесения побоев и иных насильственных действий лицам, проходящим реабилитацию, и незаконного лишения свободы на территории реабилитационного центра».

Центр работает с 22 сентября 2014 года, имеет все необходимые документы. Ефремов является единственным учредителем и директором «Пути жизни». Директор реабилитационного центра Артем Ефремов все незаконные методы, которыми пользовались в его центре, отрицает.

«У нас никакие такие методы физического и психологического воздействия не применяются. Мы работаем строго по законам Российской Федерации», — пояснил он по телефону.

Путь к смерти Фото: ellmed.ru/experty/efremov-artem-ilich

Однако уголовные дела в отношении работников реабилитационного центра «Путь жизни» возбуждались и раньше. 24 января 2019 года в Юргинском районном суде рассматривалось уголовное дело по статье «умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего». Под судом оказался волонтер реабилитационного центра Пермяков Д.И., которого обвиняли в смерти одного из постояльцев. Подсудимый показания дать отказался, вину свою признал. На суде оглашали его показания, которые он давал еще в статусе подозреваемого. Там он поясняет, что 24 апреля 2018 года потерпевший разговаривал с другим пациентом центра, чем нарушил правила. Нарушителя отвели в спортзал. Пермяков вместе еще с двумя проживающими надели боксерские перчатки и начали избивать нарушителя. Они требовали рассказать, о чем тот беседовал. Затем один из избивавших надел на потерпевшего наручники. Через некоторое время в спортзал зашел директор центра и присел на лавочку. И стали снова бить, теперь уже резиновой палкой. Чтобы тот не кричал, они замотали рот скотчем. После этого они помыли его автомойкой и положили на кровать. Так как потерпевшему стало плохо, то Пермяков вызвал полицию и врачей. Пермяков также пояснил, что директор центра Артем Ефремов ему лично сказал провести профилактику. Под профилактикой Пермяков понимал физическое воздействие, так как такие меры, по его словам, принимались в центре неоднократно. Ефремов ему сказал, что Пермяков не работает, не следит за дисциплиной. И поэтому он решил исправить ситуацию. Убивать он не хотел.

Директор центра Артем Ефремов выступал на суде в качестве свидетеля. Он пояснил, что за все время существования центра не было никаких жалоб от пациентов. Все находились в центре добровольно, но в определенной изоляции. Без свиданий с родственниками и свободного выхода. Ефремов в центре не постоянно, поэтому его замещают добровольные помощники – старшие смены, то есть лица с большим периодом реабилитации. Они могли сами принимать решения, исходя из ситуации.

«Все пациенты центра должны были соблюдать режим, насилие к ним не применялось. Он не давал никаких указаний либо распоряжений, чтобы к лицам применялись наручники, цепи, палки. Его указания были таковы, что прибывшие лица первое время должны быть на постельном режиме, лежать на кроватях, им предоставлялось обильное питье и чай. Когда он узнал, что потерпевший нарушил режим, то решил провести с ним терапевтическую беседу, собрать группу. В тот день он уезжал по делам, а когда вернулся, то увидел, что Пермяков и двое других мужчин вносят потерпевшего. Пермяков сказал, что тот сам упал. Ему пытались оказать помощь до приезда врачей. Позже от следователей он узнал об избиении. Сам он таких указаний не давал, к противоправным действиям не призывал, ничем ему не угрожал. И считает, что его оговаривают как подсудимый, так и свидетели, так как пациенты центра – это люди с нарушенной психикой, склонны к обману, желают уйти от ответственности», — говорится в приговоре.

В итоге Пермяков получил девять лет лишения свободы, а Ефремова не стали обвинять ни в чем.

Реабилитационный центр «Путь жизни» до сих пор работает, Ефремов пока не задержан.

ПОДДЕРЖИ ТВ2

Источник

Редакция: | Карта сайта: XML | HTML | SM
2020 © "Мир компьютеров". Все права защищены.