«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

В 1873 году в Томске проездом побывал великий князь Алексей Александрович. Будущий адмирал, сын Александра II и брат Александра III возвращался посуху из Владивостока в Питер после морской кругосветки. Томская общественность к высокому гостю обратилась с просьбой посодействовать в открытии первого в Сибири реального училища. И великий князь посодействовал. Томское Алексеевское (!) реальное училище открылось в 1877 году. И как минимум об одной пятилетке из жизни реалистов сегодня известно почти все — благодаря сохранившейся книге протоколов педсовета училища.

Двор Томского Алексеевского реального училища Из фондов ТОКМ Из фондов ТОКМ

«История одной вещи» — совместный проект с Томским краеведческим музеем

В твердый переплет попала история училища с 5 января 1883 года по 22 ноября 1886-го. Каллиграфическим почерком на 200 листах формата А4 запротоколированы все самые важные события пятилетки 1882-83 — 1886-87 учебных годов: кого учили, кому помогали материально, за что и как наказывали, при каком градусе разрешали не ходить в школу и почему позволяли добровольцам оставаться на второй год.

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» Фото: Сергей Коновалов

Стать реалистом

В реальных училищах готовили кадры для сфер вполне приземленных — промышленности и торговли. Того требовала тогдашняя реальность — бурный рост фабричного и заводского производства.

Томское Алексеевское реальное училище Томское Алексеевское реальное училище Фото: из фондов ТОКМ

В реалисты принимали мальчиков 10-12 лет. Социальный статус роли не играл — обучение было всесословным. Но платным. Способным, но небогатым предусматривались дотации — от Общества вспомоществования бедным ученикам, фонды которого пополняли меценаты и попечители училища. Так что все реалисты были обуты и одеты — в одинаковую форму.

Учащиеся Алексеевского реального училища Учащиеся Алексеевского реального училища Из фондов ТОКМ Из фондов ТОКМ

О форменной одежде и шла речь в первом протоколе 1883 года. Свежий циркуляр министра народного просвещения — который предписывал ученикам появляться в общественных местах в форме, причем, застегнутой на все пуговицы — педагогический совет училища обсуждал в полном составе: директор Гавриил Тюменцев, законоучитель (он же секретарь) Аполлон Лашков, господа преподаватели — Иосиф де Турнефор (преподавал французский), первый профессиональный художник Томска Павел Кошаров (учил черчению и рисованию)...

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Обучение в реальном училище было почти гимназическим — разве что латынь и греческий не изучали. В классы набирали до 30 человек. Чтобы получить общее образование, учились шесть лет. Седьмой класс был дополнительным — там уже осваивали практическую специальность. Выпускникам училища выдавали свидетельства, с которыми они могли идти в вузы (поначалу только в технические, потом разрешили поступать и в университет). Причем, для зачисления было достаточно лишь собеседования.

Столярная мастерская Томского Алексеевского реального училища Столярная мастерская Томского Алексеевского реального училища из фондов ТОКМ из фондов ТОКМ

Преподаватели училища — каждый из которых был обременен классным руководством — знали в лицо не только своих учеников, но и их родителей. И вообще принимали в их жизни самое активное участие.

Классные занятия в Алексеевском реальном училище Классные занятия в Алексеевском реальном училище из фондов ТОКМ из фондов ТОКМ

«Бывало, в училище поступали иногородние, и тогда детей или расселяли у родственников, или снимали им квартиру, — говорит Евгения Гоппе, сотрудница краеведческого музея. — Причем, не так, что нашли первую попавшуюся — и пусть живут. Все заявки от жителей Томска, что они желают предоставить место для проживания учащимся реального училища, поступали сначала директору. И потом на педсовете каждая кандидатура обсуждалась. И если про какую-нибудь вдову-купчиху слышали, что она неблагопристойно себя где-то повела, то ей не разрешалось сдавать квартиру ученику-реалисту».

Евгения Гоппе Евгения Гоппе Фото: Сергей Коновалов

Понизить градус...

8 декабря 1883 года на очередном заседании педсовета обсуждали вопрос — с какого градуса зимой освобождать учеников от занятий и как их об этом информировать? Большинство преподавателей были за то, чтобы предельной считать температуру в минус 25° Реомюра (примерно -31°Цельсия). Но директор Гавриил Тюменцев настаивал, что градус должен быть ниже. И мотивировал это тем, что в морозы простуд бывает меньше. Ну а что до обморожений, то они вероятнее при сильном ветре, а сильные морозы, как правило, таковым не сопровождаются.

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

В результате жаркой дискуссии сошлись на минус 28°R (-34°C). Однако директор остался при своем, что секретарь и записал в книге протоколов в виде «отдельного мнения о несогласии...»:

«Я не могу согласиться с большинством членов педагогического совета о том, чтобы закрывать классы при -28°R. Так как доводы в пользу такого закрытия голословны. Мороз, по мнению врачей, не может располагать к ревматизмам, напротив, сырая ветреная погода даже при 10°R и менее — более влияет на развитие ревматизма. По замечанию же училищного врача, с 1877 года большее число больных встречалось чаще осенью и весной, во время же морозов более 25°R больных было не больше, а напротив меньше...»

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Оповещать же об отмене занятий в мороз решили ударами колокола. Педсовет обратился к архимандриту Акакию (ректор Томской духовной семинарии на тот момент) с просьбой — «после пробития на каланчах 8 часов утра продолжать редкие удары в колокол на всех каланчах в течение минут 10, о чем предупредить и учеников, чтобы они могли прислушиваться в квартирах своих и таким образом узнавали, что уроков не будет».

Томское Алексеевское реальное училище, ул. Магистратская, 8 Томское Алексеевское реальное училище, ул. Магистратская, 8 Фото: из фондов ТОКМ

...И поднять пыль

Реальное училище располагалось в доме №8 по улице Магистратской (нынешняя Розы Люксембург). Особняк принадлежал Семену Хотимскому, брату купца 1 гильдии Якова Хотимского. Семен был заядлым картежником, и как-то ему подфартило — на выигранные 100 тысяч рублей он и решил построить усадьбу. Но что-то, видимо, пошло не так, достроить здание у Семена не получилось, и дом выкупил муниципалитет. И когда встал вопрос об организации в Томске реального училища, объект за городские деньги доделали и приспособили под учебные цели — классы, мастерские, огромный зал для общественных собраний.

Общий зал, Томское Алексеевское реальное училище Общий зал, Томское Алексеевское реальное училище из фондов ТОКМ из фондов ТОКМ

Единственное, чего в училище не было — это гимнастического зала. А уроки гимнастики — были. Поэтому их проводили в большом зале и коридоре. Правда, только пока морозы не сменялись распутицей. Физкультурной формы у реалистов не было. И переобуваться во вторую обувь во время уроков тоже было не принято. Поэтому уличная грязь превращалась в пыль, которая во время занятий гимнастикой поднималась «облаками» до потолка. И чтобы мальчики не дышали пылью, врач по весне уроки «физ-ры» отменял.

Коридор Алексеевского реального училища Коридор Алексеевского реального училища из фондов ТОКМ из фондов ТОКМ

Столовой при училище не было. И так как бессистемные перекусы могли отразиться на здоровье юношей, в сентябре 1885 года педсовет попытался этот риск минимизировать. И запретил сторожам продавать ученикам в большую перемену «что-либо», кроме «хороших булок»: «...так как сторожа, соблюдая свои выгоды, могут скупать у торговцев не особенно хорошие припасы, лишь бы купить подешевле и выручить большие прибыли от проданного».

Ученики с бородой

Группа учащихся Томского Алексеевского реального училища Группа учащихся Томского Алексеевского реального училища Фото: из фондов ТОКМ

Когда закончить ту или иную четверть — тоже решали на педсовете. Обычно третью четверть — с марта по май — отводили под «репетиции». То есть, для подготовки к экзаменам. Вопросы для «испытаний» — четвертных и годовых контрольных — утверждали заранее. Так, в январе 1883 года уже были известны темы сочинений на все второе полугодие. Для пятиклассников: «Басни Крылова — разбор с указанием характеристик русского народа», «Что мир порядил, то бог рассудил», «Появление и развитие романа в русской литературе», «Быт русских помещиков — из поэмы «Мертвые души». Шестиклассникам: «Заслуги Пушкина в русской литературе», «Нравы русских 16 века по поэме Лермонтова» и т.д.

«Ученики должны были осмыслить произведение и сделать выводы, — говорит Евгения Гоппе. — Вот сейчас почему-то в школах дают меньше сочинений, а больше изложений и диктантов. Может, поэтому нынешним детям и сложно рассуждать...»

Слесарная мастерская Алексеевского реального училища Слесарная мастерская Алексеевского реального училища из фондов ТОКМ из фондов ТОКМ

Ученики 6 и 7 классов в третьей четверти проходили подобие производственной практики. Их приводили на томские заводы и фабрики, чтобы показать, как работают механизмы. Выпускники, например, были в состоянии сами произвести съемку местности с помощью теодолита и других приспособлений. По словам Евгении Гоппе, на выходе из училища реалисты уже представляли из себя квалифицированных рабочих — вроде сегодняшних мастеров и бригадиров.

Физическая лаборатория Алексеевского реального училища Физическая лаборатория Алексеевского реального училища Фото: из фондов ТОКМ

А еще в училище существовала система второгодничества. Второй раз в тот же класс отправиться можно было по разным причинам. Не только из-за неуспеваемости — Моисея Маломета, например, благодаря которому в Томске появился симфонический оркестр и открылась филармония, на второй год оставляли даже несколько раз — из-за неудовлетворительных оценок по техническим дисциплинам. Бывало, что училище посещали мальчики «болезненные» — им разрешалось восстановить силы на каникулах, а потом или пересдать экзамены позже, или пройти курс обучения заново.

Группа учащихся Алексеевского реального училища Группа учащихся Алексеевского реального училища Фото: из фонда ТОКМ

А бывало, что реалисты сами просили оставить их на второй год. Особенно в старших классах. Чтобы закрепить знания и лучше подготовиться к поступлению в вуз. И именно поэтому на фотографиях из училища можно видеть разновозрастных учеников — в том числе, с усами и бородой.

За шутки — в карцер на сутки

Моральный облик учеников был не менее важен, чем их успеваемость. Даже оценок по предметам выставлялось сразу три — за знания, поведение и прилежание. Нарушителей дисциплины наказывали жестко. Или выговором в присутствии всех учеников и педагогов училища. Или — в особо вопиющих случаях — помещением в карцер на сутки.

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Так, 30 ноября 1884 года директор училища вынес на обсуждение педсовета поступок ученика 2 класса Парфенова Михаила:

«...Как заявил господину директору классный наставник, 28 ноября, взявши у дежурного 2 класса Окулич недельную книжку, какая выдается обыкновенно дежурным по классу, для записи в ней учеников, не бывших на уроках, написал в ней, что один из преподавателей опоздал на два часа, второй — на час, третий на полчаса... И дозволил при этом довольно грубую форму записи, называя преподавателей только по фамилиям. И о помощниках классных наставников употребил выражение в бранном даже смысле...»

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

За подобное баловство второклассника поместили в карцер. Случай — исключительный. За описанную в книге протоколов пятилетку таких была всего пара. Исключению из училища подвергали также редко. А вот выговоры перед лицом товарищей случались чаще.

«...Учащийся старших классов во время присутствия на вечере в здании общественного собрания вел себя развязно, — читает очередной протокол Евгения Гоппе. — Не был застегнут на все пуговицы. И когда преподаватель сделал замечание, тот грубо ответил и не выполнил требование. Вопрос обсуждался, вынесли выговор перед всем коллективом и учениками...»

Классная комната во время перемены, Томское Алексеевское училище Классная комната во время перемены, Томское Алексеевское училище Фото: из фондов ТОКМ

«По сю сторону Ушайки...»

Учебный день начинался в реальном училище с общей молитвы. На которой должны были присутствовать все православные ученики (кто учился с первой смены) и педагоги. Накануне больших православных праздников — Пасхи и Рождества — реалисты обязаны были посещать службы в церкви. В идеале — в одной и все вместе. Но поскольку ученики жили в разных частях города, и добираться затемно (Томск был плохо освещен) и по плохим дорогам (тротуаров почти не было, а грязь в распутицу — на Пасху, например, стояла непролазная) на коллективную службу им было проблематично, педсовет разрешил мальчикам посещать церкви по месту жительства.

"Вид Магистратской во время грязи" "Вид Магистратской во время грязи" Фото: картина Павла Кошарова

«Заседание педагогического совета от 5 ноября 1885 года... Принимая в соображение небольшой размер церквей, находящихся в центральной части города, а также размещение учеников по квартирам в разных частях города, часто очень удаленных от центра, педагогический совет... назначил более удобным разделить учеников училища сообразно местам квартирования их на две половины. И тех из них, которые живут по сю сторону речки Ушайки и в Уржатке — обязать ходить к богослужению... в церковь Святого духа, как более обширную, и занимаемую кроме прихожан-богомольцев воспитанницами женского епархиального училища. А учеников, живущих по ту сторону Ушайки — в церковь Александра Невского при арестантских ротах как тоже более обширную и более центральную для этой части города. Вместе с тем ученикам вменить в обязанность ходить к литургии... в эти храмы и занимать всегда одно, отведенное по соглашению с настоятелями этих церквей, место в храме, причем в строгом порядке. В остальные же праздничные дни равно и по воскресеньям, предоставив им ходить в церкви, ближайшие к их квартирам...»

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Что касается представителей других вероисповеданий, то к ним относились с вниманием — так, в одном из протоколов идет речь о предложении министра народного просвещения освобождать евреев от письменных испытаний по субботам. Предложение приняли.

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Посторонним вход воспрещен

«Подобные вечера доставляют ученикам училища приятное и полезное развлечение в своём школьном кругу, отвлекая их от погони за удовольствиями на стороне…» (из протокола педсовета от 16 ноября 1884 года)

Лестница Алексеевского реального училища Лестница Алексеевского реального училища из фондов ТОКМ из фондов ТОКМ

Каждый год в конце декабря мальчики-реалисты проводили литературно-вокальные вечера. И приглашали томскую публику. За умеренную плату — от 25 копеек до одного рубля (деньги шли в фонд училища) — гостей вечера развлекали и физикой, и лирикой. Ученики показывали опыты (химические и физические), читали стихи, пели хором-дуэтом-секстетом и соло — но только те, кто имел к тому способность. «Слабогрудых» мальчиков было принято даже от занятий пением в течение учебного года освобождать — чтобы не мучить. А вот для тех, кто в голосе, педсовет в 1880-х даже приобрел фисгармонию за 150 рублей — для аккомпанемента.

«Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Но однажды, как следует из книги протоколов, на новогодний творческий вечер публику не приглашали — талантов в тот год не было, и администрация решила мальчиков лишний раз не смущать. Впрочем, как считает Евгения Гоппе, атмосферу праздника мальчишкам этот факт не испортил — ведь подготовка почти всегда интереснее и важнее, чем само торжество.

Волшебный фонарь Волшебный фонарь Пластины для ""туманных картин Пластины для ""туманных картин Волшебный фонарь Волшебный фонарь Волшебный фонарь Волшебный фонарь

В качестве послесловия. Волшебный фонарь, который показывал туманные картины реалистам на рождество; фотографии директора Гавриила Тюменцева, сделанные его детьми — выпускниками училища; а также предметы, которые принадлежали семейству Тюменцевых, можно посмотреть на выставке «Сибирь — мон амур» в Томском краеведческом музее.

Экспонаты выставки «Сибирь — мон амур» Экспонаты выставки «Сибирь — мон амур» Фото: Сергей Коновалов «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...» «Вел себя развязно. Не был застегнут на все пуговицы...»

Источник

Редакция: info@belle-clinique.ru | Карта сайта: XML | HTML | SM
2020 © "Мир компьютеров". Все права защищены.